В один из жарких дней, которые часто случаются в начале июня на черноморском побережье, в кабинете заместителя главного редактора издательства «Успех» Владимира Гоголева, высокого, видного темноволосого мужчины с тонкими чертами мужественного лица, проходил серьезный разговор между ним и младшим редактором, невзрачной худенькой Галочкой Сомовой, остренькой мордочкой напоминавшей лисичку. Сочный баритон Гоголева гремел, вырываясь из плотно прикрытой двери в узкий коридор. И если бы не конец рабочего дня, происходящим непременно заинтересовались бы редакционные кумушки. Заместитель главного редактора извергал громы и молнии, девушка плакала, и ее градом катившиеся слезы падали на блокнот в черной клеенчатой обложке.
– Ну, это, право, никуда не годится! – орал Владимир, искоса посматривая на собеседницу. – Ты могла бы все предотвратить, и не было бы сейчас этого неприятного момента!
Галочка словно очнулась и подняла на него заплаканные глаза.
– Это ты называешь неприятным моментом? То, что я беременна твоим ребенком?
Его покоробило. Владимир терпеть не мог сентиментальных сцен, в причастности которым к тому же его пытались обвинить, а он виновным себя не считал.
– Конечно! Разве я обещал тебе что-нибудь?
Она замялась:
– Мы не разговаривали на подобные темы.
Мужчина больно дернул ее за худое плечо.
– Нет, дорогая! Разговаривали. Когда ты легла ко мне в постель, я предупредил, что не собираюсь связывать себя брачными узами. Не помнишь?
Она покачала головой:
– Нет.
Заместитель главного редактора саркастически расхохотался:
– Где уж тебе! У вас на уме только одно!
Ее бледные щеки вспыхнули.
– А когда ты пытался затащить меня в постель в течение месяца и старался упорно сломить мое сопротивление, – как мы назовем это?
Его губы скривились.
– Ну, это не одно и то же. Мужчине нужно постоянно подогревать свой инстинкт охотника.
Она всплеснула руками:
– Значит, всего-навсего инстинкт! Но от него появляются дети.
– Такое случается, когда женщина глупа, – парировал он.
– А ты, конечно, принц на белом коне?
Владимир мельком взглянул на большие настенные часы. Стрелки приближались к семи. Оставалось всего полчаса до свидания с хорошенькой шатенкой, которую он заарканил на набережной. Если не решить проблему как можно быстрее, птичка ускользнет. Он усилием воли разгладил суровые складки на лбу и сел на стул:
– Что же ты предлагаешь?
– А ты?
– Разве еще не понятно? Я дам тебе денег, и ты сделаешь аборт.
Слезы снова покатились из глаз девушки.
– Я была у врача. Он сказал: больше я могу никогда в жизни не забеременеть! Ты понимаешь, что это значит для женщины – никогда не стать матерью? Это уже не женщина, а какой-то пустоцвет! Нет, я решила рожать.
Владимир согласился:
– Ладно, а что потом?
Галя вдруг порывисто вскочила и кинулась к нему. Она упала на колени и обняла его ноги:
– Володенька, миленький! Ну сделай, как я тебя прошу! Я знаю: ты меня не любишь! Женись на мне фиктивно, я и жить буду отдельно. Только не губи нашего ребеночка и дай ему свое имя!
Он оттолкнул ее, не рассчитав силы, и девушка упала на засыпанный пеплом ковер.
– С ума сошла!
– Ну почему ты не хочешь мне помочь?
– Потому что… – Владимир запнулся, – я еще нетвердо стою на ногах, потому что я молод и не хочу обременять себя семьей, потому что, в конце концов, я тебя не люблю.