⇚ На страницу книги

Читать Странный мир. Истории о небывалом

Шрифт
Интервал



Истории о небывалом

Фэнтези по умолчанию должно отличаться оригинальностью сюжета. К сожалению, на деле это не так. Многочисленные авторы фэнтезни раз за разом повторяют одни и те же унылые сюжеты. Магические академии, однообразные зомби, драконы, придворные маги, попаданцы в магические миры и т. д. и т. п. Что касается меня, то я стараюсь придумать нечто небывалое. Особенно радует меня, когда какой-нибудь горе-читатель, ознакомившись с текстом, заявляет: «Этого не может быть!» Дурашке невдомек, что он делает мне комплимент. Фэнтези по определению – то, чего не может быть.

В сборник «Странный мир» входят рассказы, короткие повести и миниатюры в жанре фэнтези, действие которых происходит в небывалом антураже. Казалось бы, это наш мир, но искаженный, в котором действует нечто небывалое, что не встречается не только в жизни, но и в привычном фэнтези. Дарид, герой одноименной повести, наполовину человек, наполовину береза; в рассказе «Воскресенье» описывается невозможная фантасмагория, с которой приходится мириться людям. А уж история простого симпатичного парня, который родился людоедом… все это вызывает чувство резкого неприятия у любителей стандартных текстов.

Фэнтези действует в странном мире, где все эти невозможные вещи просты и естественны. Я считаю большой удачей, когда удается написать такое.

Мост над Прорвой

– Ух ты, – завороженно произнес Нарти. – Я и не знал, что здесь такое бывает.

Клах ничего не ответил, продолжая мерно шагать, подозрительно поглядывая на приближающийся холм.

– Костер разведем, – вслух мечтал Нарти, – обсушимся, согреемся по-человечески, горячего поедим…

– Обогреться ты и здесь можешь, – подал голос Клах. – Всякая пакость тоже на холм тянется, таких, как ты, поджидает.

Нарти не возразил, хотя какая пакость может водиться в Прорве? Кроме моховых тараканов, здесь никто не выживет.

Поднялись на сухое. Деревья на холме стояли огромные, вдвое против тех, что в родных лесах.

– На той стороне, за ветром, – бормотал Нарти скорей самому себе, чем напарнику, – костерочек…

– Кх-х… – охотничьим шепотом прервал горячечные мечты Клах, и Нарти замер, не смея даже моргнуть. Не та вещь охотничий язык, чтобы в бездельную минуту перебрасываться на нем незначащими фразами.

Клах опустился на колени, прижал ухо к плотной, усыпанной опавшей хвоей земле.

– Слышишь?

– Э… – выдохнул Нарти знак несогласия.

– Гулко…

– Плотная земля всегда гулкая.

– Это не земля. Уходим. Только тихо.

Видно было, что Нарти не хочется покидать уютное место, но возражать старшему он не смел. Лишь когда холм, такой с виду удобный и подходящий для ночевки, остался далеко позади, Нарти спросил:

– Что там было? Я ничего особого не увидал.

– И не увидишь. Оно внутри. Что – не спрашивай, сам не знаю, но скоро этот нарыв прорвется, и оно наружу вылезет.

– Так может, еще не сейчас?

– Ты за это дело не беспокойся. Само по себе оно, может, еще погодит, а как развели бы мы костер, тут бы оно от жара и доспело. А без костра какой толк на ветру сидеть?

– А!..

– То-то и оно. Ты такие вещи примечай. Я свое отходил, а тебе на будущий год по этим местам молодых водить.

– Я вот думаю: а если мужчины на этом холме на ночевку остановятся?

– Не остановятся. Они ходом пойдут. За один день всю Прорву. Сам, что ли, не знаешь?