Саша очнулся на земле от того, что кто-то бил его по лицу. Он открыл глаза и увидел перед собой высокого мускулистого человека.
– Давай, просыпайся! – крикнул громила.
За его спиной Саша разглядел полыхающую капсулу, внутри которой что-то трещало и постреливало.
– Давай, поднимай свою жопу, а то сейчас осколками накроет! – громила еще раз ударил парня по лицу.
– Да хватить меня бить! Встаю-встаю!
Амбал на секунду остановился, посмотрел прямо в глаза Саше и со словами: «А теперь контрольный!» – зарядил ему по лицу со всей силы. Постанывая и ойкая, Саша с усилием поднялся с земли.
– Зачем было так бить? – спросил он сквозь зубы.
– На всякий случай, – громила ухмыльнулся.
– Ты кто такой вообще?! Что случилось?
– Угадай с трех раз, – толстые губы скривились в повторной ухмылке, отчего Саша потерял терпение.
– Я тебе что, на актера из дешевого телешоу похож?!
Внезапно за их спинами раздался мощный взрыв, и ударная волна повалила обоих на землю. Обернувшись, они увидели в сумеречном небе огромный огненный гриб, поднимающийся ввысь.
– М-да… Считай, заново родились, – констатировал амбал.
– Ага, прям братья, – Саша попытался сыронизировать.
– Ну, если смотреть так, то родство обязывает нас познакомиться… – на лице громилы возникла улыбка от уха до уха (теперь уже – именно улыбка). – Я – Виктор, но ты можешь называть меня просто «мелкий».
– Да ну на хрен! – Саша развеселился. – Если ты мелкий, то я тогда кто?
– А тебя на службе как-то называли?
– Ты имеешь в виду кличку?
– Запомни, – Виктор поднял указательный палец. – Клички у собак, а у нас позывные… Ну?
– Ни как не называли, – пожал плечами Саша.
– Да не нуди…
– Я тебе что… клоун? – парень опять начал раздражаться. – Говорят тебе, что не было у меня никаких позывных – значит, не было!
– Ну, не было, так не было, – Виктор махнул рукой. – Не злись, я разговор пытаюсь завязать. Как-никак мы тут пока единственные…
– Что значит единственные? – не понял Саша. – В посадочной капсуле вмещалось до трёх тысяч человек, а на нашем корабле таких капсул должно быть несколько сотен.
– Так-то оно, конечно, так, но видишь ли, в чем загвоздка… Когда я очнулся, то капсула уже горела, а очнулся я от того, что пахло дымом. Так вот, умник, когда капсула приземляется на поверхность, все камеры криогенного сна что делают?
– Ну, они должны автоматически открыться, – предположил Саша.
– Правильно, – согласно кивнул Виктор. – Но ты оказался единственным, у кого был более-менее человеческий вид.
– В смысле, «человеческий вид»? Что с остальными было?
– Что с ними произошло, я не в курсе, но видел бы ты их! – Виктор присвистнул. – Такое ощущение, что они в гробах лет двести пролежали вместо положенных им двенадцати.
– Наверное, какой-то сбой в системе…
– То есть?
– Ну, нам говорили при инструктаже, и я вспомнил, что пожарная система там полностью автоматическая и пожар должна была потушить в зародыше, – сказал Саша.
– У-у, я вижу, ты в себя потихоньку приходишь, стал рационально мыслить, и это уже хорошо! – похвалил его Виктор.
– Ты на что намекаешь?
– Да не намекаю я ни на что, я прямым текстом говорю, что я тебя еле в сознание привел. Думал, что ты тоже ласты склеил.
– Ну… – Саша повел плечом. – Тогда спасибо.